– Патриотический закон?.. – У Рааба даже коленки затряслись. – Что вы тут мелете?
– Мы пытаемся довести до вашего сведения, – вмешался агент Бут, небрежно почесывая короткие рыжие волосы на голове, – что вы в дерьме по самые уши, мистер Рааб, простите за выражение. И теперь вам надо думать, как из него выбраться.
– Выбраться? – Рааб чувствовал, как жарко было в комнате. Внезапно он представил себе Шарон и детей. Как они смогут все это пережить? Как сможет он даже начать им объяснять?.. Он чувствовал, как голова начинает идти кругом.
– Что-то вы неважно выглядите, мистер Рааб. – Агент Руис притворился обеспокоенным. Поднялся и принес ему стакан воды.
Рааб уронил голову на руки.
– Мне думается, что мне все же нужен адвокат, – сказал он.
– Да никакой адвокат вам не нужен. – Агент Бут сделал большие глаза. – Вам потребуется все гребаное министерство юстиции, чтобы повернуть дело в вашу пользу.
Руис подошел к столу и подвинул воду поближе к Раабу.
– Разумеется, есть вариант, который мог бы вам подойти.
Рааб провел руками по волосам. Выпил глоток воды, вытер пот со лба.
– Какой вариант?
– Вариант, который поможет вам избежать федеральной тюрьмы на ближайшие двадцать лет, – улыбнулся Бут.
Рааб почувствовал спазм в желудке. Отпил еще глоток воды, постарался сдержать слезы.
– Какой вариант?
– Консерга, мистер Рааб. Консерга ведет к Рамиресу и Трухильо. Вы же смотрите кино. Здесь у нас все так же. Вы сдаете нам верхушку, мы устраиваем так, что кое-кто исчезает. Разумеется, вы понимаете, – сказал агент ФБР, безразлично пожимая плечами, – ваш приятель Гарольд Корнрейх тоже обречен.