— А что, на скрипки Страдивари сейчас такие цены?

— Разные, насколько я успел понять. Но и такие тоже — поищи в Интернете, все равно тебе понадобится немного разобраться в предмете.

Ивану часто приходилось иметь дело с коллекционерами разных предметов искусства — они были его клиентами в банке, нанимали его, чтобы превратить свои коллекции из дорогих хобби в инвестиционные портфели, стоимость которых постоянно растет. Но о музыкальных инструментах Штарк не знал ничего: в России почти нет серьезных коллекций, весь этот рынок нынче в Америке и Японии. И правда, нужно будет какое-то время, чтобы понять, что к чему… Иван поймал себя на мысли, что уже планирует, как подойти к делу.

— Ты говоришь, инструмент пропал в России? — спрашивает он. — А откуда это известно?

— Если ты в деле, я пришлю тебе скан заключения из Violin Advisors. Но если коротко, эта скрипка очень похожа на описание в одном старом журнале. Сейчас закончим говорить, и я кину ссылку на него.

— Хорошо. Я тогда немного покопаюсь в Сети и свяжусь с тобой.

— То есть тебе в принципе интересно?

— Я сейчас ничем не занят, кроме книг и пейзажей.

— Пейзажей? Э, брат, тебя надо спасать.

— Может, ты еще мои картины искать будешь, когда их украдут. — Штарк и правда не стыдится своих недавних работ.

— Мне ты нужен больше, чем Метрополитен-музею. Все, до связи, кидаю ссылку.

Ссылка оказалась на статью в лондонском журнале The Strad, в февральском номере 1901 года.

— Соня, смотри, что Молинари прислал!

Софья подсаживается к монитору, и они вместе читают текст, будто из какого-нибудь утраченного романа Уилки Коллинза.