Собака, возможно, выскочила, когда в дом вломились пожарные, и похоже, она получила травму. Ребятишки Вэйлов будут страдать по собаке и, так или иначе, обретение ее, наверно, станет для них некоторым утешением.

Можно сказать, что Джек любит собак. А вот людей он любит не слишком.

Девятнадцать лет (семь — в шерифской службе, двенадцать — в страховой компании), в течение которых он разбирался с разными несчастными случаями, убедили его, что люди способны, считай, на все. На воровство, на обман, на убийство и кидание мусора. Собаки, те, по крайней мере, имеют совесть и куда как порядочнее.

Собака пряталась за низко свесившимися ветвями джакарандового дерева. Это оказалась комнатная собачонка — одни глаза и звонкий лай, а так — в чем душа держится.

— Эй, щен, — ласково говорит Джек, — все в порядке.

Насчет порядка это он, конечно, загнул, но в таких случаях и соврать не грех.

Но собака не обижается на него за эту ложь. Она счастлива уже тем, что видит человека, слышит участливый голос. Она выходит из своего укрытия и начинает обнюхивать его руку, словно желая узнать, кто он такой и каковы его намерения.

— Как тебя зовут?

Будто собака может ответить, думает Джек.

— Лео, — раздается вдруг голос, и Джек чуть ли не выпрыгивает из своего дурацкого комбинезона.

Подняв взгляд, он видит за оградой пожилого джентльмена. На плече у него сидит попугай.

— Лео, — повторяет попугай.

Лео теперь виляет хвостом.

Таков способ, каким эта собачья мелочь добывает себе пропитание.