– Не нравлюсь – я знаю, пусть не нравлюсь, но сейчас проблема в этих наручниках, нравится тебе или нет, когда я говорю тебе, что я не в настроении. Я хочу, чтобы ты снял эти наручники! Ты слышишь меня?

Она была уже в полуобмороке, но поняла – Джералд не слышал Он все еще сидел на постели, отвернувшись от нее.

– Ты чертовски переменчива, Джесс. Я тебя люблю, Джесс, но не люблю я твой язык. Никогда не любил эти твои словечки!

Он провел левой ладонью по своим пухлым губам и посмотрел на Джесси печально – несчастный старина Джералд: совсем пропал с женой, которая затащила его в этот дальний лес, а теперь не желает выполнять супружеские обязанности. Бедняга Джералд, который совершенно не выказывает признаков желания взять ключи от наручников со шкафчика около ванной.

Ее обуревали противоречивые чувства, нечто вроде гнева и страха. Когда-то она уже испытала подобное. Когда ей было 12 лет, ее брат Уилл подшутил над ней на дне рождения. Она всерьез испугалась, все их друзья это видели, и они стали хохотать: «Ну, как смешно! О, здорово, синьора!» Но ей было вовсе не здорово и не смешно.

Уилл хохотал больше всех, он просто согнулся пополам, упершись ладонями в колени, а его волосы свесились к полу. Это было через год после появления «Битлз» и «Роллинг Стоунз». Уилл отрастил длинные волосы, из-за которых он и не видел, как она разозлилась… Обычно Уилл очень чутко реагировал на ее настроение и состояние. И он смеялся так долго, а ярость заполняла Джесси, пока не овладела ею полностью, и она поняла: необходимо что-то сделать, иначе просто взорвется. Поэтому она сжала свой маленький кулачок и ткнула им прямо в лицо своему любимому брату, когда тот наконец поднял голову и посмотрел на нее. От этого удара он отскочил и упал, как кегля, а потом по-настоящему разревелся.

Позже она убеждала себя, что он плакал больше от неожиданности, чем от боли, но и в свои двенадцать лет она понимала, что это не совсем так. Она рассекла брату губы, ему было чертовски больно.