— Странно. Когда я выпускала ее сегодня утром, все было в порядке.

— Папа, что с Самантой? — Дочка Сара в утренней пижамке оглянулась через спинку стула, кокетливо склонив голову набок. — Она заболела? Что с ней?

Девочка говорила спокойно, но глядела чуть исподлобья, как всегда, когда была чем-то встревожена. Это была ее кошка. Они даже спали вместе. И однажды она сочинила про нее стишок:

— Солнышко, пожалуй, тебе лучше пойти в свою комнату, — откликнулся отец.

— Но что с Самантой?

— Я же сказал — иди к себе.

Кажется, он понял, что случилось. Кошку выпускали гулять утром, подумал он и со злостью вспомнил одного старикана, жившего за два дома от них, который постоянно путал их Саманту с двумя другими соседскими сиамскими кошками. Те нередко охотились за малиновками и голубыми сойками. Как раз вчера, когда Сара, прижимая к себе свое сокровище, возвращалась домой, старик остановил ее и припугнул. “Послушай, девочка, — сказал он. — С сегодняшнего дня держи свою кошку дома. Она губит моих красивых птичек, а знаешь, что я делаю с кошками, которые губят моих птичек? Я их засовываю в мешок, а мешок одеваю на выхлопную трубу моей машины. А если они появляются у меня во дворе, я стреляю в них из ружья!”

Сара примчалась домой и кинулась в подвал, чтобы спрятать кошку в кладовке. Он ходил выяснять отношения со стариком, но тот даже не открыл дверь.

— Что ты делаешь? — поинтересовалась Клер.

— Я вспомнил об этом старом ублюдке. Пытаюсь понять, не ранена ли она.

Но никаких ран он не обнаружил. Вообще было не заметно, чтобы ее кто-то покалечил. Непонятно. Отчего же она умерла, черт побери?

— Не стоит возводить напраслину на пожилого человека, — возразила жена. — Мало ли что могло случиться!