Он доехал на своей черно-белой машине до завода, поднялся на второй этаж, миновал длинную очередь и вошел в кабинет Оделла. Оделл рассказал ему о состоявшемся около часу дня пятиминутном разговоре. От него шериф покатил к полицейскому участку Лэйни, крутя баранку одной рукой, а другой потирая подбородок. И пока Джеймс Пенни приближался к северному отрогу выраставшей перед ним горы Уитни, которая стояла в ста пятидесяти милях к северу от его дома, в полицейские участки страны полетели сообщения о том, что он разыскивается по подозрению в намеренном поджоге своего дома — преступлении, которое в сухой и жаркой Южной Калифорнии считается весьма и весьма серьезным.

На следующий день Джеймса Пенни разбудило утреннее солнце, пробившееся сквозь дырку в шторах комнаты, снятой им в мотеле. Он сдвинулся немного в сторону, полежал в тепле чужой постели, наблюдая за плясавшими в солнечном луче пылинками.

Он все еще находился в Калифорнии, неподалеку от Йосемитского национального парка. Но и не в такой близости к парку, чтобы в мотеле брали дорого. В бумажнике, который он засунул под матрас, лежали деньги — его зарплата за шесть недель. Зарплата за шесть недель минус стоимость горючего (полтора бака), чизбургера и 27,5 доллара за комнату. А под матрасом деньги лежали, потому что за 27,5 доллара в хорошем месте комнату не получишь. Дверь он, конечно, запер, однако в конторе мотеля имелся запасной ключ, а дежуривший там малый мог оказаться далеко не первым мотельщиком, который на часок ссужает запасные ключи человеку, желающему подзаработать в ночные часы лишнюю пару долларов.

Впрочем, ничего дурного не случилось. Матрас был так тощ, что Пенни ощущал: лежит его бумажник там, где лежал, прямо под почками. Бумажник был еще довольно пухлый. Приятное ощущение. Пенни смотрел на пляшущие в солнечном луче пылинки и производил мысленные арифметические выкладки, растягивая шестинедельную зарплату на обозримое будущее. Тратиться ему особо не на что — только на дешевую еду, дешевые мотели да бензин для «файерберда», — так что больших проблем он не предвидел. Двигатель у его машины современный, двадцать четыре клапана, сочетающий мощность с экономичностью. Он может уехать очень далеко, и у него еще останется достаточно денег, чтобы остановиться где-нибудь и без спешки оглядеться вокруг.