Оставаться изящной всегда, во что бы то ни стало, наперекор и вопреки — основное свойство ее лисьей натуры. На ней брючный костюм из тонкого зеленого шелка, болотного цвета лакированные босоножки на высоком каблуке, солнцезащитные очки. Морщинку на лбу скрывает ярко-желтая челка. Мешки под глазами спрятались под затемненными стеклами. Одутловатость век — ее бич. Массажи и кремы не помогают, надо делать пластику, а она все оттягивает и оттягивает, боится лечь под скальпель хирурга. Некрасивые глаза — единственный недостаток ее внешности. У женщины чертовски сексуальная грудь и дьявольски длинные ноги. Ей тридцать, она ведьма, зовут Ангелиной.

— Ангелика?..

— Здравствуй, Игнат. Как самочувствие?

— Где я, Ангелика?..

— Гхы-хы-хы, — заржал обнаженный атлет. — Гхы-ы, спросил бы чего попроще, хы-гхы-гы...

— Между прочим, и вы, уважаемый Станислав, очнувшись, спрашивали «где я», — вежливо одернул тыкающего молодого человека господин в голубой рубашке, после чего обратился к Игнату. — Ваша фамилия Сергач, уважаемый? Ангелина Степанна не обозналась?

— Я?! Обозналась?! Хм... — хмыкнула женщина и с присущим ей изяществом поправила завиток золотых волос. Сверкнула бриллиантовая запятая в мочке розового уха, в тон блеснул перстенек на холеном пальчике.

— Да, я Сергач. Игнат Кириллович. Объясните, пожалуйста, где... в смысле, чего произошло... то есть происходит?..

— Вас похитили, уважаемый. — Толстые губы вежливого господина улыбнулись еще шире, глаза сузились в щелочки. — Нас всех похитили. Меня первым, вчера днем, к вечеру привезли уважаемую Ангелину, к ночи Станислава. Ян Альбертович пополнил нашу компанию сегодня утром. Вас, Игнат Кириллович, подбросили около тридцати минут назад.

— Что значит «подбросили»? — Игнат оттолкнулся ладонями от шершавого пола, встал, пошатнулся.

— Осторожнее, уважаемый!

— Пустяки, голова кружиться почти перестала. — Игнат шагнул к окну, к Ангелине. — И тебя, Ангелика, и всех остальных усыпляли спреем?