Сантомассимо покачал головой:

— По сведениям, полученным от немногих проживающих здесь, но хорошо информированных израильтян, Хасбрук был далек от политики. Делал пожертвования, но не слишком солидные. Политических связей не имел. Для врагов Израиля его жизнь не представляла никакой ценности. Вот так.

— А конкуренты по кинобизнесу?

— Они предпочитают наносить смертельные удары в суде, а не убивать бомбой на пляже.

— Как насчет его партнера Клентора?

— Чист. Поминутно известно обо всем, что он делал сегодня утром. Когда Хасбрук разлетелся на части, Клентор ехал на работу в своем «мерседесе».

Капитан Эмери взял в руки модель самолета и покрутил ее в воздухе, имитируя полет.

— Что было в голове у этого идиота? — вырвалось у него. — Он что, развлекался? Или помешался на игрушках? Вам доводилось, лейтенант, когда-нибудь сталкиваться с таким способом убийства?

— Нет, сэр, — ответил Сантомассимо.

Капитан перевел взгляд на Бронте, затем на Хейбера. Те тоже покачали головами.

— Как насчет других странных способов? — нетерпеливо воскликнул Эмери. — Разве нельзя порыться в компьютере и… и… поискать что-нибудь подобное…

— Сэр, мы уже предприняли такую попытку, — ответил Сантомассимо. — Это нетипичный способ поиска, но…

— Что «но»?.. Что вы нашли?

Когда капитан Эмери поднял голову, его лицо было белым как мел. Никогда еще Сантомассимо не видел его столь раздраженным. Убийство на пляже казалось капитану отвратительным. Он воспринимал его как вызов всему тому, что узнал об этом типе преступлений за время своей службы.

— В Бишопе один субъект забивал проституток до смерти двенадцатидюймовым искусственным членом. Звучит как идиотская шутка, но это правда. Теперь отбывает пожизненное заключение в Чино.

— Что еще?

— В Сакраменто

— Мерзость!