– Нет, – признался Корень.

– Ну, ничего удивительного. Когда-то была очень известная фамилия.

Вошедшие держались довольно напряженно.

– Перед тем как мы приступим, – начал Извольский, – я бы хотел узнать, насколько серьезны ваши намерения относительно лота. Готовы ли вы приобрести данный лот по заявленной цене?

Панин утвердительно закивал головой:

– Намерения самые серьезные. Я готов выписать чек, не выходя из этого кабинета, если данный лот действительно то, что нас интересует.

– Пожалуйста, ознакомьтесь с сертификатом подлинности российского министерства культуры. – Извольский передал клиенту бумагу.

Старик надел очки, внимательно изучил сертификат и возвратил его эксперту.

– Вот документы, подтверждающие право владения моего клиента. – Извольский передал папку.

Документы владения были прочитаны с не меньшим вниманием.

– Имеются ли какие-нибудь возражения или сомнения у вашей стороны по представленным документам? – Извольский вопросительно посмотрел на гостей.

Возражений не имелось.

– В таком случае приступим к осмотру лота. – Веня торжественно открыл футляр с саблей. Опытный аукционер расположил саблю против окна, и драгоценные камни весело засверкали на солнце. Старик медленно подошел к столу и внимательно осмотрел вещь. Его напряженное лицо смягчилось, он обернулся к своим спутникам и засмеялся:

– Зубовская сабля. Я так и знал!

Спутники старика тоже заулыбались, как будто он сообщил им чрезвычайно приятную новость. Извольский расценил их радость по-своему:

– Будет ли ваш эксперт проводить осмотр и экспертизу лота?

Панин весело посмотрел на Извольского:

– А мне, молодой человек, ее смотреть нечего. Я эту саблю прекрасно знаю. Вынужден вас огорчить, к сабле Чингизидов она не имеет никакого отношения.