Чезарио покосился на Барбару: та внимательно смотрела на дорогу. Голос в приемнике продолжал:

— Убийство Сэма Ваниколы, происшедшее сегодня в плавательном бассейне отеля «Сент-Тропес» около четырех часов дня, ставит правительство в затруднительное положение. Оно полностью лишает окружной суд Нью-Йорка возможности вынести обвинительный приговор четырем лидерам преступного синдиката. Установлено, что во всех случаях убийства свидетелей использовалось одно и то же оружие — стилет. Этот род кинжала — излюбленное орудие мести в средневековой Италии. Особенно часто им пользовались убийцы во времена правления Борджиа. Лезвие стилета устроено таким образом, что, произведя внутреннее кровотечение, оно заставляет рану закрыться, когда оружие вынуто из жертвы. Полиция и ФБР придают этому факту большое значение, полагая именно в нем найти ключ к установлению личности убийцы. Или группы убийц. Тем временем в Вашингтоне…

Чезарио потянулся и выключил радио.

— Только тоску наводит, — проговорил он со смешком. — Все преступления да убийства. Будто больше и новостей никаких…

Барбара молча вела машину. Он снова засмеялся.

— Ты не спишь? Очнись! Ты же за рулем!

— Я не сплю.

— Это хорошо. Так мне спокойней.

— Просто я думала…

— О чем?

— О человеке, который умер в бассейне… Почемуто мне захотелось представить себе, каким он был. Быть может, я видела его, а он — меня…

— Странная ты. Что это тебе вздумалось? Она по-прежнему смотрела на дорогу.

— Как знать, если бы мы заговорили друг с другом, я, может быть, могла бы его предупредить… предостеречь…

Он снова засмеялся:

— О чем?! Ты же не знала, что произойдет?

Она коротко взглянула на него и снова уставилась на дорогу.

— Я могла бы рассказать ему про Ангела Смерти, про то, как он преследовал нас в Нью-Йорке, в Лас-Вегасе, потом — в Майами… — Она зябко передернула плечами. — Тебе не кажется, Чезарио, он попрежнему с нами?