Бармен завис над нами, как маленькая птичка колибри.

– Пиво, только не местное, – сказал я. – А вы что будете, Джин?

– Кока-колу, – бросил он. – И льда побольше!

Бармен кивнул.

– Никакого льда! – вмешался я, покачав головой.

Американец спас мне жизнь, и я, разумеется, в долгу не остался.

– Антисанитария здесь такая, что гепатит либо что-нибудь и похлеще можно запросто словить! – добавил я.

– Я обратил на тебя внимание, как только ты вошел, – растянул он губы в улыбке. – Смотрел на тебя и думал: ну, этому европейцу палец в рот не клади. А ловко ты придумал заказать кофе и десерт! Такие фишки обычно усыпляют бдительность. Правда, потом сам все и испортил, когда рванул в туалет. Пока ты соображал, как оттуда слинять, толстяк тоже не дремал. И не налети ты с разбегу на тележку с десертами, он бы тебя точно сцапал!

Я кивнул и посмотрел ему в глаза. Мы познакомились при крайне неблагоприятных обстоятельствах, но не в том я был положении, чтобы скупиться на изъявления благодарности. Он только что спас меня от озверевшей толпы и заслуживал особой признательности. Я еще раз поблагодарил его в ответ, и он пожал плечами.

– Пока они ползали по полу с тряпками и губками – ты ведь опрокинул тележку, – я под шумок свалил оттуда. Так что мы с тобой, полагаю, квиты. Посмотришь со мной шоу?

Просьба была необычной, и я счел нужным отказаться.

Да и вообще, стоит ли транжирить свою жизнь на случайных знакомых, если она, жизнь, всего одна, и та недлинная?

Залпом допив пиво, я положил сотню дирхамов на столик, еще раз поблагодарил своего спасителя и заковылял к выходу.

Для нашего брата житье-бытье в Марракеше – сплошной риск. Хочешь вырваться из цепких лап нужды – держи ушки на макушке и умей вовремя делать ноги.

Многие считают, будто те, кто «работает на доверии», – самые настоящие хлюсты-хищники, и бабки у них – легкая добыча.