Впарить заезжему туристу свой товар – для марокканца дело принципа. Вы только представьте: глаза горят, за руки хватают, в свою лавку силком затаскивают… А я тут как тут! Ошарашенные туристы сразу успокаиваются, мой внешний вид – приветливая улыбка, элегантного кроя светлый парусиновый костюм – вселяет в них уверенность в том, что на меня во всем можно положиться. Ну и, конечно, я сразу даю им понять, что я непревзойденный знаток «марокканских сладостей» и могу им предложить любое лакомство, начиная от дешевого кифа – спрессованного гашиша – до высокосортного гашиша двойной очистки.
Здесь уместно заметить, что те из туристов, кому удается просечь голодный блеск у меня в глазах, как правило, отказываются от моих услуг. Но тут уж ничего не поделаешь!
В общем я влачил довольно жалкое существование, которое скрашивалось лишь тем, что я постоянно носил с собой ярко размалеванную жестянку с прессованным гашишем, именуемым в народе «пластилином», размером с кусок мыла.
В конце дня, вдоволь натаскавшись по шумным базарам и площадям, вволю пообщавшись с туристами и берберами, короче, изрядно попотев, я, преисполненный дурных предчувствий, сваливал в свой скорбный приют – каморку под крышей скотобойни, где глазел сквозь щели на яркие звезды, потягивал косячок – а то и два! – собственноручно замастыренные мной экологически чистым гашишем двойной очистки. Словив кайф, я грезил, будто веду вполне достойную и сытую жизнь. Подо мной, в чреве скотобойни, пировали в лужах запекшейся крови членистоногие насекомые, а я, засыпая, таращился на звезды, пытаясь среди созвездий разглядеть надежду.