– Это интересное суждение, герр Гесслер.

– Наши критики говорят, что торговля наркотиками очень выгодна для Швейцарии. Боюсь, я вынужден с этим согласиться. Я уверен, что в моем собственном банке есть счета так называемых королей наркотиков. Так в чем же вред? По крайней мере деньги, положенные в банки Швейцарии, используются во благо. Их дают взаймы законным предприятиям, которые производят товары и оказывают услуги, а также предоставляют рабочие места миллионам людей.

– Чтобы они могли пойти и накупить еще наркотиков?

– Если они этого хотят. Видите ли, жизнь на Земле идет циклами. В природе существует гармония. Как и в глобальной финансовой системе. Но как природа может быть выведена из равновесия вроде бы малой случайностью, так и бизнес. Представьте себе, какие могут быть деструктивные последствия, если прибыль от торговли наркотиками не будет возвращаться в мировую экономику. Швейцарские банкиры оказывают ценную услугу.

Гесслер глотнул чая. Петерсон не мог это видеть, но мог слышать по чувствительному микрофону, используемому для усиления слабого голоса старца.

– Но я уклонился от темы, – сказал Гесслер, ставя со стуком чашку на блюдце. – Вернемся к насущным делам. Похоже, мы имеем дело с еще одним осложнением в ситуации с Рольфе.

* * *

– Представляется ли вам этот малый тем, кто бросит это дело? – спросил Гесслер Петерсона после того, как тот закончил свой доклад.

– Нет, герр Гесслер.

– В таком случае что вы предлагаете?

– Чтобы мы как можно быстрее все расчистили и были уверены, что он ничего не сможет найти.

Гесслер вздохнул.

– Эта организация никогда не ставила себе целью заниматься насилием – только бороться с насилием, направленным против нас.