Мы с Эрни заржали и какое-то время не могли остановиться.

— Я рад, что вас так развеселила ее работа, — сказал Минский, когда наша истерика сократилась до размеров отдельных смешков. — Но Стар неплохо зарабатывает на жизнь, она добрая, и вообще самая милая девушка из всех, кого я знаю.

— Отлично, — прервал я эту любовную песнь. — Но если она такая милашка, и ты чертовски счастлив, то к нам-то зачем приперся?

Минский повесил голову, и голос его стал тихим даже для такого коротышки.

— Мне кажется, она крадет у меня закись азота, ну, знаете, «веселящий газ»…

— Милая девочка.

— И эфир.

— Просто супермилая девочка.

Минский, вероятно, один из самых известных и высокооплачиваемых дантистов-динозавров в Лос-Анджелесе. Он замечательно умеет спиливать зубы, делать их похожими на человеческие, и занимает определенную нишу на рынке подобных услуг. Но когда дело касается женщин, то знаний у него недостаточно, еще нужно учиться и учиться. Это уже четвертая его любовница, о которой он нам поведал за последние два года, но я на все сто уверен, что было еще много других, о которых он просто не упоминает. Но, с другой стороны, может, это мне стоит поучиться — как-никак Минский, черт его побери, выполняет свой «мужской» долг намного чаще меня.

И все же, как мне кажется, эти девицы каждый раз обдирают его как липку.

— Ну и что ты от нас хочешь? — спросил я.

— Найдите ее.

— Ты что не знаешь, где твоя подружка?

— Нет…не совсем.

— Возможно, это и есть идеальные отношения между мужчиной и женщиной, — хихикнул я.

— И я хочу, чтобы вы выяснили, действительно ли она ворует у меня.

— А если это так?

— Помешайте ей. Или просто остановите. Верните мне мое имущество.

— А почему бы тебе просто не поговорить с ней, попросить по-хорошему? — спросил Эрни. — Разве не на этом основаны отношения? Доверие, честность и весь прочий бред.