— Испугал козла морковкой! Вот перегорел бы аппарат и всё, остался бы он там надолго. А так — лишь пару часов помёрзнет.

Через час с небольшим аппараты снова были включены. Включили их ненадолго, лишь для того, чтобы вернулся майор.

— Оп-па. Ничего не понимаю… Николай Валерьевич! — воскликнул один из инженеров за дисплеями, отображающими работу аппаратуры.

— Что такое, Вадим? — профессор близоруко щурился на мерцание выводимых данных.

— Аномалия словно пытается сопротивляться? Она меняется! — Сергиенко присел на стульчик.

— Меняется код её структуры, но мы успеваем подстраиваться. Зато идёт повышенное потребление энергии. А мощностей не хватает, — Вадим указал профессору на цифровые показатели.

— Я пошёл! — Сергиенко решительно направился к мерцающей аномалии. Сухое и тёплое прикосновение марева немного затянуло Николая и тут же вытолкнуло на мёрзлую землю.

Сергиенко больно ударился коленом, тут же его окружил сумрак и холодный воздух. Воздуха решительно не хватало, а в глазах играли светлячки, но профессор попытался встать. Неожиданно ему помогли подняться на ноги, Николай огляделся. Вокруг него оказались три фигуры, Матусевич, помогший ему встать и двое…

— Товарищ Матусевич! — Сергиенко одел упавшие при падении очки и перевёл взгляд на других — высокий бородатый крепыш и невысокий мужчина, несколько полноватого телосложения.

— Уходим майор! Счёт на секунды! Всё позже, уходим! За мной, товарищ Матусевич, Игорь Олегович! — Сергиенко не увидел, как тот медленно покачал головой.

«Откуда только силы взялись?» — казалось, профессор сам вытащил майора, и они повалились на пол ангара, тут же проход между мирами закрылся, аппаратура выключилась, а в самом ангаре погас свет.

— Всё кина не будет, электричество кончилось, — сморозил какой-то умник в полной тишине.

Матусевич отряхнувшись, встал, ища свой коммуникатор. Наконец, включилось резервное питание, и в ангаре зажёгся, мигая, слабый свет. Люди подслеповато смотрели друг на друга, проверяли оборудование. Майор, не желая, чтобы его слышали, тем временем, вышел разговаривать на свежий воздух.