Вишнвевецкий пружиной отдал салют и заорал, как можно громче:

— Докладывает старший конюший коронный князь Иеремия Шестнадцатый Вишневецкий! Экипаж самоходного орудия «Сорт...»... «Огненноглазая» из семнадцатой хоругви королевской тяжелой артиллерии построен!!!

Исполняющий обязанности воеводы, отвечая на приветствие, лишь кивнул и едва глянул на остальную часть экипажа, всех остальных конюших, старших и обычных оруженосцев.

— Вы отзываетесь с позиций, — сообщил и/о. — Мы переправим вас в Пхеньян, а оттуда полетите в Токио. В наше посольство.

— Так точно!!!

И/о воеводы неожиданно наступил на что-то и опустил взгляд. Носком сапога коснулся пластикового мешочка с отрезанными ушами, которые бросил Вавржинович.

— Хорошо еще, что немцы не покупают скальпов, — буркнул он. — Иначе вы бы в индейцев превратились... — Он поднял голову, открывая лишенное выражения лицо. — А потом пресса лает о польских зверствах.

ВИШНЕВЕЦКИЙ проснулся, не имея понятия, где находится. Свет резал ему глаза.

— О, Боже... — простонал он. И тут все вспомнил. — Юзеф-Мария!...

Он находился в Вроцлаве. В своем собственном времени. Испытывал устройство для «украшения снов». Погодите... Если это должно быть «украшение»...

Техник глянул на экран компьютера, потом снял электроды с головы Вишневецкого.

— И что? — спросил Боровский. — Как сон?

— Это кошмар!

Борковский обменялся взглядом с техником. Тот вынул диск из анализатора. Сделанная фломастером надпись гласила: «Милые приключения в экзотической стране».

— Чтоб вы сдохли!...

— Так что? — Борковский присел на краешке стола. — Милых приключений в экзотической стране не было?

— Да были!!! Только... Это Вьетнам! В меня стрелял, кто-то кому-то обрезал уши, я и сам убил, блин, не знаю, сколько человек, бабахая из трехсотмиллиметровой пушки... И еще эта вонь, страх, война, чудовищный идиотизм с этими Королевскими Интервенционными Силами, жара, блевотина... Нет, это был сущий кошмар!