-- Скажи конкретно, объясни... О чем ты не можешь молчать? -- умоляющим голосом произнес Иван Максимович.

-- Врач должен лечить людей, каменщик -- строить дом, а режиссер --ставить спектакли. Разве это надо доказывать?

-- Сядь, пожалуйста... Это все понимают. В этом все абсолютно убеждены!

-- Но убеждения и взгляды не всегда совпадают с поступками. Вот вы, Иван Максимович, как директор, и Костя, как секретарь комитета, убеждены, что Патов должен был за год проявить себя... как режиссер. Но это ваше убеждение остается при вас. А при мне не останется. Я его выскажу на комитете!

-- Сядь, пожалуйста, -- повторил свою просьбу Иван Максимович, -- и послушай меня... Верная мысль не существует абстрактно, сама по себе. Она тоже существует во времени и пространстве. Вот хирург, например, решает сделать операцию на сердце. Но практически приступает к ней только тогда, когда подготовит себя и больного. Родственники не могут торопить его: "Поскорее! Мы очень волнуемся!"

-- Родственники могут и подождать. Если они уверены, что этот хирург умеет оперировать сердце. А если не уверены, они обратятся к другому хирургу.

-- Ты не вполне объективна, -- вступил в разговор Костя. -- Николай Николаевич никогда не был режиссером детского театра. Он хочет понять его специфику. Он вживается в коллектив.

-- Вот именно! -- обрадовался Иван Максимович. -- Он вживается. И довольно успешно. Происходит процесс... простите меня за громкое слово, взаимообогащения. Он дарит театру свои теоретические знания, а театр дарит ему свой практический опыт работы с детьми.

-- Только нужен ли ему этот подарок? -- сказала Зина.

-- Ну, так нельзя! -- Костя с мрачным видом покачал головой. -- Где у тебя... основания?

-- А вы заметили, какое слово он чаще всего произносит в качестве... ну, ругательства, что ли?