– Смирно! Равнение НАЛЕ-ВО!

– Тихо, сержант, тихо, отставить, вольно, – отмахнулся Гронд. – Здравствуйте, ребята, – продолжил совсем уже не по уставному, – На сегодня ритуалы отменяются. Не будет героизма, не будет опасностей. Разведчики сообщили, что планета, несмотря на идеальные условия, – необитаема. Наша задача – выяснить, только поверхностно, насколько это верно. И прошу – не рискуйте. Нам жить здесь, и я хочу, чтобы все мы дожили до старости. Героизм остался позади.

– Ура!!! – не к месту заорали десантники. Пройтись торжественным маршем, как попытался организовать Арсе, не удалось. Впрочем, никто кроме сержанта от этого не расстроился.

Провожать десант пришел весь экипаж свободный от вахты. Лихо, как на параде, в боевой строй выдвинулись из боксов машины десантников. Впереди шел окс активной разведки. Его корпус, в виде половинки капли, отливал лиловым. Гусеницы скрывались под нижним срезом. Только небольшие выступы, рубки командира и водителя, нарушали идеальность аэродинамических линий. За ним шли три машины десанта высшей защиты, герметичный гальюн и гауптвахта на случай конфликтов с местным населением. Несмотря на полную абсурдность последнего, капитан не смог убедить сержанта нарушить писанный армейскими устав. Сержант согласился только на одно – расположить двух дронов в экипаже гауптвахты. При этом обслугу он согласился разместить только вместе с дронами. Он считал всех невоенных штатскими и совершенно бесполезными.

Шлюзование проходило споро и без неожиданностей. Через десять минут боевой строй машин стоял уже на неведомой земле, разрывая темноту лучами фар.

– Что за дыра, – пробурчал ефрейтор Гарпинс, – даже звездочки нет, как у карсы в…

– Разговорчики, – рявкнуло в наушниках голосом Арсе. – Соблюдать радио и акустическую чистоту. Разболтались.

Первые минуты путешествия не принесли ничего. Напряжение спадало и руки десантников, только что судорожно сжимавшие плювы, расслабились.

– Доложите обстановку. – Голос Забера вернул Арсе из созерцания монотонной дороги.