Дикое, в глазах Радзинского "отечественное развлечение", выходило на поверку не таким уж и диким. "Любя все русское", Орлов не унижал себя до уровня толпы деревенских мужиков, сходившихся "стенка на стенку", а, наоборот, старался с высоты своего культурного развития внести в народное развлечение облагораживающие его спортивные черты.

- Ах, оставьте! - скажет наш "начитанный" читатель. - Какое там культурное развитие у Орловых? Всем известно, кем они были до переворота 1762 г. Гвардейские жеребцы темного происхождения".

Да, таково расхожее мнение, которому за недостатком источников в свое время поддался даже А.С. Пушкин, и на котором теперь предпочитает играть Радзинский. Рассказ ведется от лица деда главного героя старого стрельца Ивана Орла: "Петр Алексеевич только Россией начал править. И мы стрельцы - великий бунт против него учинили. Велено нам было голову сложить на плахе..." Алексей в предсмертном бреду видит, "как поднимается его дед на плаху, как под ноги деду катится отрубленная голова стрельца. И, с усмешкой взглянув на усталого палача, уже поджидавшего его с топором, дед, как мячик откинул ногой отрубленную голову". "И увидел царь, и понравилось ему бесстрашное озорство мое", - продолжает дед, - "и помиловал он меня".

Итак, к в книге повторяется широко известная версия о происхождении знаменитой семьи от прощенного Петром I стрельца, заслужившего впоследствии дворянство. Яркая, броская легенда как бы отражает фамильные черты Орловых - дерзость, удаль, бесчувственность по отношению к поверженным и... низкое происхождение. Совершенно естественно, что внуки такого деда, унаследовав его богатырские замашки, унаследовали и многие "подлые" черты, свойственные подобным людям.