— Но я в системе остался, а ты ушел, — заметил он.
— А куда мне было деваться? — ответил я. — Я не мог поступить иначе.
— Так ли уж и не мог? — возразил генерал. — Отличный работник, сорока еще нет, а уже полковник… Стиснул бы зубы, перетерпел, переварил — глядишь, уже и с генеральскими погонами был бы. А так, почитай, десять лет жизни потеряно.
— Не мог я поступить иначе, — ответил я. — Не мог перетерпеть и переварить. Да и прошедшие годы потерянными не считаю. Незачем о них толковать. Что было, то было.
— Верно, — сказал генерал. — Кто старое помянет — тому глаз вон.
— …А кто забудет — тому оба, — напомнил я ему вторую половину пословицы. Когда я в своей правоте уверен, то упрямства мне не занимать. К сожалению, наверно. Потому что не раз мне это упрямство аукнулось.
— Да… Валентин, каким ты был, таким ты и остался! Ершистый, понимаешь. Скандалист! Вот и не забывай, тебе это ой как пригодится в том деле, ради которого я к тебе приехал.
— Так что за дело-то? — не выдержал я.
— Вот, — Борис Андреевич открыл свой «дипломат», вынул оттуда несколько бумаг и одну протянул мне. — Читай.
И я прочел:
«Приказ
Согласно решению № 52/431 от 15 февраля сего года на базе бывшего дома отдыха «Тараново» создать кадетское училище ФСБ, с обеспечением согласно…»
— Ну? — я поднял глаза от приказа. — Я-то тут при чем?
— А вот при чем, — и генерал протянул мне следующую бумагу.
И я увидел очередной приказ:
«Восстановить на службе в звании полковника Осетрова Валентина Макаровича и назначить его директором кадетского училища ФСБ».
— Это твое дело, Валентин, поверь мне, — почти ласково сказал генерал. — В тебе самом есть что-то мальчишеское. И человек на эту должность нам нужен ершистый, неравнодушный.