- В последний раз спрашиваю: сознаешься? Нет? В таком случае, пеняй на себя.

Бац!.. - это Икс-3 подкрепил последние слова звонкой оплеухой.

- Ой, больно! - Щека в зеркале стала красная, как помидор.

- Говори, где спрятал краденое! - И опять - бац!.. Отчего вторая щека тоже сделалась красная, как помидор. - Признавайся!

- Не бейте меня, я ничего не знаю, клянусь, я не виновен!

Икс-3 был в бешенстве. Как, этот замухрышка хотел добавки? Ну что ж, пусть получает... И на вышеупомянутого обрушился град зуботычин и подзатыльников, изменивших лицо в зеркале до неузнаваемости.

- Говори! - Икс-3 бил с такой силой, что невозможно было вытерпеть. - Сознавайся!

Избиение продолжалось до тех пор, пока допрашиваемый не взмолился:

- Хватит, я больше не могу, я все расскажу!..

Распухшее лицо вышеупомянутого напоминало уже не помидор, а внутренности перезрелого арбуза. Он больше не отпирался: кража в ювелирном - его работа.

Торжествующий Икс-3 сломя голову бросился в полицейский комиссариат.

- Господин Комиссар, - громко доложил он, - я знаю, кто обчистил ювелирный магазин. Гаетано Лойяконо, вот кто!

Почему же Комиссар, вместо того чтобы поздравить отличившегося агента, смотрел на него с таким подозрением? Должно быть, не расслышал, иначе он не сказал бы:

- Ювелирный магазин обокрал ты? Никогда бы тебя не заподозрил.

Что с ним? Он сошел с ума?

- Это не я, господин Комиссар. Ведь я у вас работаю, я агент Икс3. У меня ни с того ни с сего распухло лицо, иначе вы бы меня узнали. Я поймал вора. При допросе третьей степени Гаетано Лойяконо сознался. Вот протокол допроса с его подписью.

Комиссар вызвал двух полицейских и приказал им увести арестованного. Что за чушь? Почему Гаетано Лойяконо все еще на свободе, когда тюрьма плачет по вышеупомянутому...