— Ладно, Константин, извини за вторжение, нам пора, — сказал Ямщиков.
— Оставайтесь, мужики, — замахал журналом Андреев, левой рукой поймал брусок телевизионного пульта, подвешенный на шнурке к подлокотнику. — Сейчас футбол начнется. Настька нам пивка холодненького из холодильника достанет.
— Нам еще в три квартиры наведаться надо, — поддержал Ямщикова участковый.
— На неделе зайду, — пообещал капитан, — заодно и воблы прихвачу. А сегодня никак не получается.
Кот при слове «вобла» радостно облизнулся и преданно посмотрел на Ямщикова. Настька кусала губы, но помалкивала. Так молчком и проводила, даже «до свидания» не сказала.
— Да-а, история, — протянул старший лейтенант Голубев, когда дверь захлопнулась. Снял фуражку, промокнул платочком лоб. Гулко пошел вниз по лестнице к выходу из подъезда. Ямщиков остался у дверей.
— Идиот контуженый! — вопила внутри Змея. — Нашел перед кем бисер метать!
— Думаешь, я мимо твоей морды промахнусь? — рявкнул в ответ Андреев. Ты меня знаешь, бью без промаха.
И все. Только невнятный бубнеж. Ямщиков спустился вслед за участковым, вышел на улицу.
— Что скажет оперчасть? — спросил Голубев.
— Наш клиент — Змея эта. Слышал: «Гражданин начальник». И руки за спину по привычке складывает. Да и весь лексикон оттуда, из-за ограды. А ты что скажешь?
— Соглашусь, — ответил участковый, достал из кармана диктофон, выключил и отдал Ямщикову. — Баба эта — натуральная пиявка. Присосалась. Жалко парня. И так не повезло в жизни, да еще эта лахудра. Надо бы пробить ее по вашей базе данных. Кстати, водкой от нее разит, а парень вполне трезвый. Главное, держится, как будто видит все. Молодец.