— Нам следует обсудить программу.

Бандар нагнулся и потер ноющий сустав.

— Я пока еще не слышал ни о какой программе, — заявил он.

— Различаю в твоем тоне доселе небывалые нотки горечи, — покачал головой Хаффли. — Возможно, впервые слышу, как ты говоришь искренне, от всего сердца.

— Вернее, от всей своей несчастной щиколотки, — поправил Бандар, — но это неваж…

В этот момент на столе появились две кружки эля, однако, подняв глаза, диспутанты увидели не грудастую молодую особу, принявшую у них заказ, а высокого, стройного мужчину с грубым шрамом, протянувшимся через чисто выбритый подбородок.

— Не возражаете, если я к вам подсяду? — спросил он и, не дожидаясь ответа, опустился на стул.

— Но у нас тут важный разговор, — запротестовал Хаффли.

— В моем заведении, — дерзко бросил незнакомец, — ни один важный разговор не ведется без моего участия.

— Вы — Рал Базуан, — догадался Хаффли.

Мужчина наклонил голову.

— Представьте, этот факт мне известен, — хмыкнул он. — Меня интересует, кто вы и, в особенности, почему подошли к моему салуну со стороны вон того обиталища ничтожеств и бездельников, что стоит на холме.

Наставник величественно выпрямился.

— Мы ученые Института исторических исследований на Старой Земле. Мы…

— В годичном отпуске, — перебил Бандар, — и решили, что будет неплохо осмотреть кое-какие местные достопримечательности. — Оглядевшись, он глотнул эля и заметил: — Довольно-таки красочное у вас заведение.

Базуан пронзил молодого человека подозрительным взглядом.

— И что именно, позвольте спросить, исследует ваш Институт?

Увидев, что Хаффли склонен ответить правду, Бандар поспешно постарался занять площадку: