Зверь прыжком сорвался с места, пулей долетел до маленького пруда, взвился в воздух и исчез в зарослях на другой стороне.

Оставшись один, Бенедикт опустился на скамейку и стал вертеть в руках микрофон. Да, больше он ему не понадобиться, это ясно. Он думал о наступающим уикэнде, когда ему придется убито извиняться ("Я купил Рэндольфу игрушку, дядя Джеймс, а она убежала..."), о потраченных впустую деньгах... Но, вспоминая тигра, проведенное вместе время, колоссальный заряд энергии. хоть раз ожививший его квартиру, он понял, что деньги потрачены не зря. Тигр... Зачем ему возвращаться теперь, когда в его распоряжении целый парк, целый мир? И все же,горя желанием увидеть его снова, Бенедикт не мог удержаться от отчаянной просьбы и снова приник к микрофону.

- Вернись, - взмолился он шепотом. - Вернись. - И добавил: Пожалуйста.

Он напряженно замер, пытаясь уловить како1-нибудь шорох, какой-нибудь слабый звук, но все было тихо и неподвижно. Неожиданно из зарослей появилась гигантская тень, низким грациозным прыжком, приблизилась к скамейке и остановилась у его ног.

- Ты пришел, - прошептал Бенедикт дрогнувшим голосом.

И королевский бенгальский тигр с пылающими как угли глазами положил лапу ему на колено.

- Ты пришел, - повторил Бенедикт и после долгого молчания робко опустил руку на голову тигра. - Нам пора, пробормотал он, заметив, что начало светать. - Идем... - Он запнулся, поймав себя на фамильярности. - Идем, Бен.

И зашагал домой, почти побежал, испытывая неимоверный восторг от близости тигра, следующего за ним длинными мягкими прыжками.

- Теперь надо спать, - сказал он тигру уже в квартире. А потом, когда Бен свернулся калачиком в углу, позвонил на службу и сказался больным. Счастливый и уставший, он растянулся на диване, впервые в жизни не боясь запачкать мебель обувью, и заснул.

Когда он проснулся, уже было пора ехать в гости к дядюшке. В углу все так же лежал тигр, теперь неподвижный, но загадочным образом живой, изредка помахивающий хвостом.