Прибежавшая с кухни бабушка остановилась как вкопанная:

- Господи помилуй, он еще и летает!

Отец выронил лопату и ошалело смотрел сквозь раскрытое окно на кружащего под потолком сына. Лицо матери светилось от счастья.

- Что я вам говорила, - тихо сказала она. - Никакой он не глухонемой. Вон, шельмец, как точно копирует самолет.

А Аропс тем временем, мягко проехавшись на пузе, совершил посадку на подоконник.

- Самолетик ты мой ненаглядненький! - бросилась к нему мать. - Умница ты моя голубенькая!

Однако отец не разделил с женой ее восторгов.

- Сын-самолетик - это уж слишком, - проворчал он озабоченно. - Сын пожиратель пчел куда ни шло, даже с пожирателем лягушек можно бы смириться. Но сын-самолетик! Тут явно что-то не то.

И, наскоро ополоснув руки в кадушке, он бросился вон со двора. Пошел прямиком через зады, через пшеничное поле не разбирая дороги. И ни разу не остановился, пока не увидел то здание, из которого месяц назад забрал жену со странным дитятей. Отыскал нянечку, которая виновато прятала глаза, передавая ему кулечек с новорожденным, и потребовал отвести его к врачу. И без обиняков спросил врача:

- Признавайтесь по-хорошему, что вы мне подсунули вместо моего ребенка, а не то...

Молоденькая бледнолицая врач от смущения побледнела еще больше. Но, понимая, что деваться некуда и признаваться все равно придется, сказала:

- Ваш родной сын, папаша, как родился, так сразу и умер.

- Как умер?! - растерялся отец. - А этот тогда чей?

- А ничей. Приблудный он.

- Что значит приблудный?! У нас в районе таких не бывает!.. Мать, что ли, бросила?

- Говорят вам, ничейный он. Матери его мы и в глаза не видели.

- Ничего не понимаю. Темните вы что-то. Предупреждаю, со мной шутки плохи. - Он стиснул кулаки и угрожающе шагнул к худенькой, совсем побелевшей от волнения врачихе.