— Соль не забыл? — спросил его Братец Кролик. Гусь показал узелок с солью:

— Вот она!..

— Это хорошо!..

Колюнька сразу включился в работу, бесстрашно лазая по озерку, схватывал стебли болиголова и оттаскивал их подальше на берег, чтобы не мешались.

Первый заброд делали Мишаня с Глебом. Остальные пугали сазанчиков с боков, чтобы лезли в бредень: лупили по воде палками так, что брызги летели до самых деревьев!

Колюнька с ведром дожидался в том месте, куда намечено было сделать выброд.

Выбродили на берег, вода схлынула, и чего только в бредне не оказалось: разные улитки, козявки, прыгучие и ползучие, и крошечные лягушата, и громадные головастики. Среди всего этого сверкали, как медные, и трепыхались сазанчики.

Глеб выбирал их из тины и пускал в ведро с водой, считая:

— Раз, два, три…

За первый заход выловили больше двадцати штук!

— Какие симпатичные! — умилялся Глеб.

Гусь повертел в руках одного сазанчика и сказал:

— На вид — подходящие… Интересно бы узнать, какие они по вкусу…

Глеб поднял голову, пристально на него посмотрел, начал надуваться, краснеть и закричал срывающимся голосом:

— Знаю, о чем ты думаешь! Но только это не выйдет, лучше и не жди! Затем мы тут в тине мучаемся, трудимся — для съедения, да?

— Чего орешь… — смутился Гусь, кладя сазанчика в ведро. — Ни об каком съедении и разговора не шло… По-твоему, я живоглот какой?.. Я, брат, голодовать привычный! Как позапрошлый год я из пионерлагеря убег, сколько время меня дома не кормили, чтоб обратно вертался, а я обошелся, ничего… Что за важность!..

Все торжественно отправились к реке и начали вы пускать сазанчиков в чистую воду. Для этого выбрали отмель, чтобы видеть, как они поведут себя, очутившись на воле.

Первого доверили выпустить Колюньке. Он взял его в кулак, опустил в воду и разжал пальцы. Сазанчик выскользнул из руки, остановился, чуть шевеля хвостиком, постоял и юркнул в глубину.