Маринка почти упала на него сверху:

- Что это? Молния?

- Кто знает. - Максимка раздвинул ветви над головой, поднял глаза к небу. Оттуда, невозмутимо мерцая, смотрели на них яркие звезды. - Кто знает... - задумчиво повторил он, спрыгивая на землю. - И не все ли тебе равно. Бояться нам нечего... Давай скорей домой!

Утром вормалеевские охотники принесли на кордон две обгоревшие волчьи туши. О необычайном происшествии много говорили и в Вормалее, и в Отрадном. Судили и так и эдак, но все же решили, что волков убила молния. Так думал и отец Максимки. А кто, как не он, старый лесной объездчик, бывший командир разведчиков, мог точно объяснить происшествие? Максимка же не очень верил в это. Откуда взяться молнии осенью да еще при звездном небе? Нет, тут было замешано что-то другое. Совсем другое. На следующий день он записал в дневнике: "Трудно понять, что сразило волков. Это так же необъяснимо, как прошлогоднее происшествие на озере. Но для меня важно другое: если бы всего этого не произошло, прыгнул бы я на них с ножом или нет? Я думал сегодня об этом весь день и могу написать, кажется, твердо: да, прыгнул бы, хотя и струсил перед этим, прыгнул бы именно потому, что струсил. Только так и должен поступать в этих случаях настоящий человек. А я давно решил для себя: раз ты родился человеком, то должен стать настоящим человеком".

2

Зима в этом году выдалась снежная. Уже в середине декабря снега навалило столько, что с иных крыш хоть скатывайся на салазках. В такое время самое раздолье - лыжи. На лыжах и на охоту, и в школу, и просто так, по оврагам, вокруг сопки.

А сегодня Максимка и Маринка решили побродить по голому распадку, что за озером. Идут молча. Теперь почему-то часто бывает: как остаются вдвоем, так молчание. Поговорить бы о чем-нибудь интересном, а ничего не приходит в голову, просто рядом идти приятно.