Катакомбы Одессы — это каменоломни. Строительный материал был проблемой для жителей Одессы с первых дней основания города. В голой черноморской степи подземные залежи ракушечника — желтого, пористого, легко обрабатываемого любыми инструментами, камня оказались единственным и почти незаменимым строительным материалом. Весь Старый город построен из камня добытого в катакомбах.

Ракушечник добывали закрытым способом. В тоннелях при свете тусклых самодельных коптилок, метр за метром удлиняя тоннель, из стен выпиливали «косяки» и «плахи» — большие прямоугольные каменные блоки. Их здесь же распиливали на меньшие куски, обтесывали и грузили на тележки, вывозившие камень наверх, для просушки. Эти тележки укатали длинные, порой тянущиеся до самого выхода централки. Часто можно даже найти колеи, которую оставили их колеса, скрипевшие в этих коридорах в течение многих десятков лет.

Если сравнить Систему с большим городом, то централки окажутся в нем главными транспортными магистралями, проспектами, центральными «улицами» катакомб. Такие «магистрали» обычно хорошо утоптаны, поскольку по их широким и гладким тоннелям очень удобно ходить.

Поиск следов на централках всегда напоминает мне чтение старой грунтовой дороги.

На центральной колее такой дороги невозможно разобраться, в месиве из сотен следов. Но, если нужная машина по какой-нибудь причине съезжала на обочину, ее следы сразу бросятся в глаза. Поэтому я даже не пытался искать следы на укатанной до гранитной монолитности, тропе, проходящей по центру галереи. Вместо этого я следил за почти не тронутыми «обочинами», у самых стен, надеясь найти следы уже знакомые мне по Пятому Пикету. И «обочины» не подвели.

Под нарисованными на стенах стрелками часто попадались один-два отпечатка Ботинок-С-Подковками.