Явно — следы Голландца. Как самый опытный в группе, он наверняка маркировался сам, не доверяя это никому другому. Боковые ответвления от централки тоже были не особенно затоптаны и следы там читались легко. Иногда попадались следы кого-нибудь из ребят Тигры, но чаще всего это были следы двух пар кроссовок. Руслан и, скорее всего, Лера. Ребятам явно было интересно в новом для них районе и они постоянно лазили «туда и обратно» во все мало-мальски интересные щели, попадавшиеся по дороге.

На полпути от Пятого пикета, в одной из небольших, тупиковых ниш, пропавшая группа останавливалась на перекур. Мы нашли там обертки шоколадок и окурки. Как и на Пятом пикете — «L&M». Один из камней был испачкан каплями расплавленного парафина. В этой нише-тупичке я отыскал две недостающие пары следов, которые мне не удалось найти на Пятом пикете. Тяжелые армейские ботинки и еще одни женские туфли с резиновой подошвой. Теперь у меня был полный комплект следов. С большей или меньшей вероятностью я мог перечислить хозяев обуви.

Ботинки-с-Подковками это — Голландец. Кроссовки — Руслан и Лера. Одна пара туфель должна принадлежать леди по имени Ника, вторая — «новенькой», леди с неизвестным нам именем. «Катеры» и армейские ботинки — без сомнения дружки Голландца.

Чем дальше мы уходили от Пятого пикета, тем больше менялась Система. Вильнув на одном из перекрестков, «дохлая трасса» ушла в сторону от централки. Утоптанная крошка «магистрали» на полу сменилась слегка влажной, твердой смесью грязи и осколков ракушечника. Странное ощущение какой-то неправильности, слабое, но неприятное беспокойство, оставшееся после крыс, кралось следом за мной, прячась в густых тенях от моего фонаря. Оно нарастало по мере того, как «дохлая трасса» все глубже уходила в дебри Системы.

Крысы… Бегущие крысы. Красная лампочка. Сигнал тревоги. Там, где-то перед нами, в глубине Системы происходило что-то плохое. Что-то очень и очень нехорошее.