Анна-Лиса пообещала быть вежливой. А заяц, пошевелив ушами, длинными прыжками кинулся прочь через брусничник. Анна-Лиса же все дальше и дальше уходила в лесную чащу. Ее животик сводило от голода, ведь червяк испортил ее яблоко, белка не дала орехов, а заяц слопал ягоды.

"До чего трудно жить на свете, - подумала Анна-Лиса. Но если я раздобуду большой кусок сыра, то-то мой животик обрадуется!"

- Бе-е-е-е-е, - услыхала она у самого уха и увидела козу.

И тут-то Анна-Лиса и позабыла все, о чем предупреждал ее заяц. Она не поздоровалась, не поклонилась, не попросила вежливо у козы сыра, она сразу закричала:

- Сыр, сыр, дай мне скорей сыру да побольше!

А ей не следовало бы так говорить.

- Ме-е-е сыр, ме-е-е сыр! - заблеяла коза. - Сама-ты ме-е-е - сыр!

И, наставив свои ужасные рога на голодный животик Анны-Лисы, сердито боднула его. Вот тебе и сыр!

Сидит Анна-Лиса в лесу, вздыхает, потирает свой животик.

- Ой, ой, ой, сколько неприятностей, - вздохнула Анна-Лиса. - Червяк обманул меня, белка укусила, заяц одурачил, а коза боднула. Что же было бы, если бы я встретила самого злющего медведя?

Тут в лесу все захрустело, ветки и сучья затрещали, и из лесной мглы вышла высокая черная фигура. Она шла прямо, как человек, и была похожа на углежога, пока он не смоет с себя сажу.

"Медведь", - подумала Анна-Лиса.

Она так испугалась, что не могла ни слова вымолвить, ни пальцем шевельнуть. Она только полными ужаса глазами смотрела на страшную фигуру. Наверно, это разъярило зверя, и, как ей показалось, он разинул пасть и высунул длинный, красный язык.

- Мама, мама, медведь, - закричала Анна-Лиса и бросилась бежать! Стук-стук-стук! - забарабанили ее башмачки.

Но черная фигура, удивленно глядя ей вслед, воскликнула:

- Эй ты, глупая девчонка, никакой я не медведь. Я Ханс-углежог и иду прямо из угольни в лесу.