- Немного свободы Санти на пользу, - сказал зодчий. - Боюсь, я здорово мешал, ему расти. Но ты сделаешь из него Черного Охотника, верно? Тем более, у тебя есть опыт! - и стукнул кулаком по своей мощной груди.

- У него могут быть свои собственные пути! - возразила Эйрис. - Но давай пойдем. Ты же не хочешь, чтобы о твоем приезде узнали, а на нас уже смотрят.

Быстрым шагом они двинулись по широкой аллее, стараясь держаться посередине, чтобы кроны деревьев не затеняли солнца. Дважды им пришлось уступить дорогу всадникам. Один раз по камням прогрохотала красная карета. Тилод быстро отвернулся, но его осторожность оказалась напрасной: шторки кареты даже не шелохнулись. Впрочем, они привлекали к себе не много внимания. В Фаранге незнакомец - не редкость. А они еще в Сарбуре купили себе обычную одежду, какую носят на севере Конга. Светлые волосы Эйрис были убраны под головную повязку, а на лбу нарисован такой же значок, что и у Тилода: вестник. Оружие ее было уложено в суму мужа, хотя у самого зодчего меч висел на виду. Большинство встречных мужчин также были вооружены: они шли по "богатой" части Фаранга.

И без того смуглое лицо Тилода загорело дочерна под небом Юга. Но не загар изменил его внешность, а то, что черты его лица как будто осветились изнутри. В холодных глазах засияла юношеская удаль, губы, прежде плотно сжатые, то и дело растягивались в белозубой улыбке, а сам он щурился, как сытый пард.

Свернув на улицу, что вела к храму Морской богини, но не дойдя до храма шагов двухсот, Тилод остановился.

- Вот мой дом! - сказал он Эйрис.

Женщина окинула взглядом изящное двухэтажное строение с садом на крыше; с выгнутыми наружу, как шпангоуты корабля, резными колонками, что поддерживали навес над террасой второго этажа.

- Сад совсем запущен! - недовольно сказал Тилод. - Я сделаю Сантану выговор!

- Только попробуй! - Эйрис ткнула кулаком в широкую спину зодчего. Если ты посмеешь испортить нам встречу...