Сумма в самом деле оказалась правильной. Все объяснялось просто: необычный посетитель был в этих стенах в последний раз без малого двести лет тому назад. Тогда же он положил на текущий счет довольно внушительную сумму, не превосходящую, однако, обычного вклада.

Остальное сделали сложные проценты и время…

– Прошу подождать, – пролепетала Мимит и на цыпочках подошла к широкой дубовой двери.

– Двести лет? – переспросил член правления. – Мисс, а вы не заглядывали утром в стакан?

– Цифры не подлежат сомнению, – сухо произнесла Мимит, обиженно опустив очи долу.

– Двести лет. Мистика какая-то. Как мог он урвать у господ такой жирный кусок? Мне шестидесяти нет, а я уже собираюсь в дальнюю дорогу. Шеф задумался.

– Прикажете выдать? – напомнила Мимит.

– А мы с чем останемся?

Шеф поднялся и прихрамывая подошел к калькулятору. Однако все было правильно. Коварные проценты на проценты сделали свое дело. Получалось нечто похожее на прогрессию, которая, как известно, растет лавинообразно.

Впервые за всю жизнь растерявшийся шеф припомнил некстати притчу о индийском принце Сираме, к которому пришел изобретатель шахмат. Безвестный гений в награду за увлекательную игру попросил, казалось бы, совсем немного: за первый квадрат шахматной доски – одно зернышко риса, за второй – два зернышка, за третий – четыре, за четвертый – восемь и так далее. И что же? Всех житниц принца не хватило на то, чтобы рассчитаться с изобретателем. В итоге принц разорился дотла.

В общем, со сложными процентами шутки плохи!

Позвонить в Центр? Шеф потянулся к видеотелефону, но тут же раздумал. Они, конечно, заинтересуются клиентом столь почтенного возраста, но… О вмешательстве полиции прослышат другие клиенты, шила в мешке не утаишь. А как же тайна вклада, которая гарантируется «Титаном и Венерой»? Нет уж, потеря доверия вкладчиков – последнее дело. Что угодно, только не это. Надо выплатить. Можно извернуться: приостановить другие платежи…