— Понятно, — снова сказал мистер Зловрединг.

Они принялись обходить дом, стараясь не попасть под капли, падающие с крыши.

— А при чем тут Том Доброу? — снова заговорил он, когда миссис Мей задержалась у бочки для дождевой воды.

Она обернулась и посмотрела ему в лицо.

— Ну не удивительно ли это? В моем возрасте — чуть не в семьдесят лет — получить в наследство этот домик и застать здесь хозяином Тома.

— Он тут вовсе не хозяин… всего лишь временный жилец.

— Я хочу сказать, — продолжала миссис Мей, — вообще застать его здесь. В старые времена, когда они были мальчиками, Том и брат часто вместе ставили капканы на кроликов… Они были большими друзьями, по–своему. Но всему этому пришел конец… после скандала.

— О, — сказал мистер Зловрединг, — значит, был скандал?

Они стояли перед изъеденной непогодой входной дверью, и, заинтересовавшись помимо своего желания, мистер Зловрединг снял руку со щеколды.

— Еще какой! — воскликнула миссис Мей. — Я думала, вы слышали о нем. Даже полисмен был втянут в него… вы помните Эрни Ранэйкра? Вся деревня только об этом и говорила. Кухарка и садовник каким–то образом пронюхали о добывайках и решили выкурить их из дома. Они пригласили местного крысолова и послали сюда за Томом и его хорьком. Он был тогда еще мальчик, внук лесника, лишь ненамного старше нас с братом. Но, — миссис Мей внезапно повернулась к поверенному лицом, — вы не могли не слышать обо всем этом.

Мистер Зловрединг нахмурился. В памяти стали всплывать какие–то смутные слухи… какая–то глупая история, приключившаяся в Фирбэнке: кухарка по имени Дайвер или Драйвер, пропажа каких–то вещей из горки в гостиной…

— Что–то, связанное с золотыми часами и изумрудами, да? — сказал он наконец.

— Да, потому–то они и послали за полисменом.

— Но, — мистер Зловрединг еще сильнее нахмурился, — эта женщина, Дайвер или…