* * *
- Кто ты, черт меня раздери!? - прохрипел Макс, зажимая рукой кровавую дыру в брюхе, сквозь которую так и норовили вывалиться наружу кишки. - Я тот, кто с широкой глоткой и пустым, но не дырявым, брюхом. Я тот, кто с длинным языком и мастер из крупной монеты делать мелкую. Я сын своей страны, а вот ты - подлый захватчик, и потому, ты умрешь здесь и сейчас, был ответ сухощавого незнакомца. Потом фламандец отобрал пистолет, три пули из которого в упор, казалось, ничуть ему не повредили. - Я не вынесу этого, застрели меня, пошли мне скорую смерть! - хрипел Макс. - Я не могу умереть так глупо под ножом фламандского мясника. - Если это хоть немного тебя успокоит, можешь считать, что ты сдохнешь от руки дворянина, не будь на моем гербе три пивные кружки, - рассмеялся худощавый победитель. - Я истекаю кровью. Неужто, в тебе нет ни капли жалости?! - взмолился умирающий. - У тебя еще хватит крови на расплату в аду! Пепел Фландрии стучит в моем сердце. Будь здоров! Когда ты окоченеешь, я брошу твой труп рыбам на прокорм, а пока лежи тут и думай, зачем Господь создал море, если фламандцы все равно сделали берега. Так он сказал и стал медленно спускаться вниз, предоставив врага его совести и божьему суду. - Неле! Я вернулся! - весело крикнул он с порога. Молодая женщина обернулась. Победитель раскрыл объятия - а она, плача навзрыд кинулась к мужу на шею и сказала: - Тиль! Ты больше никогда не уйдешь, родной мой? Он молча поцеловал ее в самые уста. - Куда ты? - спросила его жена, высвобождая губы. - И я снова должен идти, моя милая - отвечал он. - И опять без меня? - спросила она. - Да, - ответил он, помедлив.