— Ты хочешь сказать, что сейчас с тобой произошло что-то подобное?

— Ну видишь ли… в некотором роде…

— Обратись к врачу, — сухо сказал Бронски, непроизвольно отодвигаясь.

«Ну конечно, — подумал Новак, — сумасшедшие вызывают брезгливость и опасение.»

— Да нет же, ты меня не так понял, — заторопился он, — это не галлюцинация. Я не увидел ничего совершенно отвлеченного, вроде черта или белых мышей. Просто реальность как бы изменилась. Кстати, тебе ничего не говорит шифр ЕА3916?

— Ничего. Какое-то шестнадцатиричное число?

— Возможно.

— Слушай, ты мне положительно не нравишься. Я тебе серьезно рекомендую обратиться к врачу.

— Да нет же, это все ерунда. Разве я похож на психа? Просто я несколько часов работал в лаборатории с эфирами, вот и нанюхался.

— Да ты, оказывается, токсикоман!

Разговор удалось замять, но ощущение сосущей тоски осталось. Весь остаток дня Новак был невнимателен и чуть было не сжег дорогостоящий усилитель. «Пора проситься в отпуск», — подумал он. Однако начальник не отпустил его, сославшись на большое количество работы. Настаивать Новак не стал, так как не мог открыть истинную причину.

Следующий приступ случился с ним через два дня. Начался он в лифте. Взглянув в щель между дверями, Новак понял, что едет не вверх, а вниз. Больше вокруг ничего не изменилось, и, за неимением других объектов, он принялся осматривать себя. Новак обнаружил, что облачен в такой же комбинезон, какой ему привиделся на Бронски, только номер его ЕС2141. Тут лифт остановился, и Новак вышел в коридор. Над головой у него оказались две толстые трубы, вероятно, для подвода газа, а прямо перед собой он увидел тяжелую металлическую дверь с мощным вентилем, словно в каком-нибудь банке. У двери стоял солдат с автоматом и внимательно смотрел на Новака. Карел испугался и хотел сделать шаг назад, но тут странная картина растворилась, и он спокойно вошел в лабораторию.