Зеба била дрожь. Все происходящее было ужасно, фантастично и решительно не укладывалось в голове - легко ли тут не пасть духом!
Вскоре они приблизились почти вплотную к пылающим цветным светилам и проплыли мимо них. Свет стал такой яркий и так резал глаза, что дети закрыли лица руками, чтобы не ослепнуть.
Жара, однако, совсем не ощущалось, и, когда верх коляски укрыл их от пронзительных лучей, мальчик и девочка снова смогли открыть глаза.
- Должны же мы когда-то добраться до дна, - сказал Зеб с глубоким вздохом. - Не можем мы падать вечно.
- Конечно, нет, - согласилась Дороти. - Думаю, мы теперь примерно посередине Земли и не иначе как вот-вот выпадем с противоположной стороны. Ничего себе дыра, а?
- Здорово глубокая, - поддакнул мальчик.
- Там внизу что-то виднеется, - объявил вдруг конь. При этих словах оба пассажира выглянули из коляски и посмотрели вниз. И точно, под ними, уже не особенно далеко, лежала земля. Но падали они теперь очень медленно - так медленно, что это едва ли можно было назвать падением, - и поэтому у них было предостаточно времени, чтобы успокоиться и оглядеться вокруг.
Под ними лежали равнины и горы, озера и реки, очень похожие на те, что встречаются на поверхности Земли, однако вся панорама была чудно окрашена пестрыми лучами шести светил. Тут и там виднелись группы домов, сооруженных, похоже, из чистого стекла - уж очень ярко они блестели.
- Я уверена, что бояться нам пока нечего, - бодро сказала Дороти. Мы спускаемся так медленно, что не можем разбиться при приземлении, а местность премиленькая.
- Но мы же никогда не вернемся домой, - простонал Зеб.
- А ты не загадывай, - возразила девочка, - да и стоит ли об этом беспокоиться теперь, Зеб? Сделать мы все равно пока ничего не можем, а ведь нет ничего глупее, чем горевать понапрасну.
Мальчик замолчал, вполне убежденный столь разумными словами, и вскоре оба, забыв обо всем, уже разглядывали странные картины, развертывающиеся перед ними. Они падали прямо в центр большого города, в котором было много высоких зданий со стеклянными башнями и остроконечными шпилями. Шпили напоминали наконечники огромных копий, и упасть на один из них было бы куда как несладко.