Позвонив, Валери вернулась в кабинку и призналась, что очень расстроена. Оказывается, дружок, узнав о ее намерениях, пришел в неистовство и разразился пылкой диатрибой, которую щедро изукрасил "сукой", "шлюхой" и другими рельефными словечками. Она сказала, что надо бы сегодня же слетать в Сан-Франциско за вещами, а то он, чего доброго, растерзает их или умыкнет. Еще она очень деликатно подвела меня к мысли, что хотела бы, пользуясь случаем, купить у знакомого парня микроавтобус "вольво"; это обойдется всего в сто долларов, включая стоимость оформления сделки. "Раз ж я решила жить здесь, - объяснила она, - мне понадобится машина. Я буду работать, не желаю сидеть у тебя на шее".

В общем, как говаривал Богарт в роли Сэма Спэйда: "Ты прелесть, детка. Ей-Богу, ты прелесть". Запомните, друзья: как бы вы ловко ни управлялись с револьвером, обязательно найдется парень, который управится еще ловчее. Чем проще всего развеять подозрения циничного писаки, как не провозглашением отдельного бытия по законам протестантской трудовой этики?

Она попросила сто баксов.

К сожалению, как раз в этот момент у меня не было сотни наликом, только кредитные карточки. Я предложил оплатить авиабилет до Сан-Франциско, но Валери отказалась-мол, ничего, как-нибудь выкручусь. И пошла укладывать самые необходимые вещи в спортивную сумку. "Чемодан оставлю, сообщила она мне. - Я ведь завтра же и прилечу".

Подкинуть ее в аэропорт вызвался Джим Сазерленд - у меня подходил срок сдачи сценария, и я не мог отлипнуть от машинки. И Валери уехала, расцеловав меня на прощанье, многообещающе заглянув в мои наивные очи и сказав: "О белый рыцарь, как славно, что я тебя наконец нашла, у меня так тепло внутри, аж хлюпает..."