«Это я тебе такую картину устроил, – вновь забормотал голос. – Любуйся, наслаждайся, пока есть время, и привыкай. Ну, все. Хокей! У меня тут делов полон рот. Отлучусь на минутку».

«Какая-то странная, уж очень ясная слуховая галлюцинация, – размышлял Павел. – Костюм порвался, воздух вышел… Не слуховая, а головная, – поправил он себя. – Наверное, я в рай или в ад лечу. Неужели верующие правы? Ведь я уже весь насквозь промерз, и даже глубже! Минут пять, как не дышу… Неправильно это»….

– Что, хочешь запаниковать? – более ясно спросил голос.

– Да нет, – ответил Павел, – что-то во всем этом не так.

– Ты это брось! – голос стал агрессивным, мелькнула наглая рожа перед остекленевшими от холода глазами. – Не так… – передразнил он: – А ты знаешь, как должно все быть?!

– А ты? – не уступал Павел.

– Да меня это и не интересует. Это вы там копошитесь в своих чувствах и мыслях. А я домой хочу, понял?! – неожиданно сказал голос, и опять мелькнула наглая рожа, но уже не серьезная, а как у клоуна. – Мама!.. – по дурному заорал голос песню: – Не хочу я маминой каши, мама, я хочу домой!

– Хотеть не вредно, – заявил Павел.

– Ты прав, Паша. Да и мамы у меня никакой нет, не было и не будет. Я общественное растение по вашим понятиям – мыслящее. Нет, не так, – прервал он себя: – Я сообщество растений, которое специально выделено из цивилизации для регулировки и коррекции энергетики нашего сектора Галактики. Я созданный для того… постой! Созданный или созданное? Черт его знает, как сказать с вашими мужскими, женскими и средними родами. А ну тебя к черту, Павел! Лучше готовься, сейчас тебя тряханет. Собери себя в кулак и терпи, понял?..

– Послушай, а ведь ты мне не кажешься, ты на самом деле существуешь, – сделал вывод Павел.

– Разумеется! Наконец-то въехал.

– Кто ты?

– Зови меня Лил. Ну что, готов?

– Да. Готов.

И голос дико взвыл, удаляясь:

– Держи шапку, Пашка!!!

Боковым зрением стеклянных глаз, Павел заметил слева какое-то шевеление, которое было чернее всей бездны, окружающей его.