– Ты прав, Пырл. Мы не будем вас убивать, хотя ничего другого вы не заслуживаете. Мы даже Ганзарру не тронули. Она сама превратила себя в жабу. Но мы можем уйти из замка, оставив вас заколдованными. И вы умрёте от голода. В страшных муках.

      – Нет! – завопил Тырл. – Не делайте этого! Это плохо!

      – Это справедливо, – сказал Атти.

      – Некогда нам с вами возиться, – объявил своё решение Трой. – Вы останетесь в замке до нашего возвращения. Мы разберёмся с Кровожабом, а потом вернёмся и решим, что делать с вами. Вы не умрёте, вы всего лишь слегка похудеете. Это не смертельно. Думаю, что вам полезно будет сбросить лишний жир.

      – Не оставляйте меня! – во весь голос зарыдал Тырл. – Я обязательно умру от голода! Вот увидите! А вас потом совесть замучает. Мне нельзя худеть. Я не хочу-у-у!

      – Нас это не волнует, – отрезал Атти. – Мы уходим, а вы стойте здесь и вспоминайте все свои злодеяния.

      Тут уже и Пырл понял, что дело принимает скверный оборот:

      – А если вы не вернётесь? Что нам тогда делать? Освободите нас, пожалуйста! Мы станем очень добрыми! Честное Людоедское слово!

      – Что-то не встречал я честных Людоедов, – заметил Атти. – Шеприк, ты им веришь?

      – Ха-ха! – безжалостно сказал Шеприк.

      – Поверьте нам, милые Жевунчики-Молчунчики, – умоляли Людоеды. –  Сделайте хоть одно доброе дело в жизни – расколдуйте нас!

      – Мы вас расколдуем, а вы на нас тут же и броситесь!

      – Конечно, бросимся... то есть, нет, никогда! – закричали Людоеды очень честными голосами, размазывая по щекам слёзы. – Мы больше не будем вас есть!

      – А других людей? – спросил Атти.

      – И других не будем! Мы уйдём в нашу пещеру и станем честными рыболовами! Мы научимся есть фрукты и даже, может быть, овощи!

      Трой почесал в затылке и посмотрел на друзей. Атти пожал плечами. Шеприк кивнул.