– Виларийский Негус, – задумчиво предложил Локри.

– Идет, – решительно согласилась Марим. – Проигравший платит за обоих.

Они прошли в носовую часть «Телварны», и Марим задержалась на пересечении коридоров. Прислонившись к люку, ведущему на мостик, она подняла взгляд на Локри.

– Вийя не обмолвилась еще, что она собирается делать с пленными чистюлями?

– Ни словом. – Локри демонстративно пожал плечами. – Думаю, она решит это, когда мы вернемся на Дис.

– Ты хоть понимаешь, что половина Братства ополчится на нас, стоит им узнать, где мы были и что у нас с собой?

– Да, жизнь может стать значительно интереснее, – согласился Локри.

Он терпеть не мог заглядывать в будущее – не любил даже планировать операции. Марим прекрасно знала это.

– Уж не думаешь ли ты, что мы...

Локри мотнул головой.

– Я вообще ничего не думаю, – сказал он и шагнул мимо нее в сторону кают-компании.

Марим смотрела ему вслед, пока он не скрылся из виду, потом повернулась и бегом ринулась по коридору в лазарет. Босые ноги бесшумно отталкивались от палубы. Она приоткрыла люк и заглянула внутрь.

Монтроз сидел на месте, склонившись над приборами; в помещении играла негромкая, замысловатая мелодия. Когда люк отворился, он повернул к ней свое некрасивое, морщинистое лицо и брови его вопросительно поползли вверх.

– Ты говорил, Иварду покоя двое суток, – ослепительно улыбнулась ему Марим. – Теперь к нему можно?

Монтроз даже не пытался скрыть удивление.

– Пожалуй, это его ободрит немного, – ответил он. Марим поморщилась.

– Он сильно убивается по Грейвинг?

– Я держу его на успокаивающих, – буркнул Монтроз. – Сильный ожог, и еще эта лента келли на запястье мне не нравится. В общем, пока от лечения эффекта немного.