Его лицо исказилось. Из него выплеснулись слова:

- Я больше ничего не помню!

Глядя на Мак-Коя, Кирк встал со стула.

- Ну, Боунс?

- Если он говорит, что не может вспомнить, вероятно, так оно и есть. Ты знаешь Скотти.

- Я также знаю, что было совершено убийство - и мы нашли его с окровавленным ножом в руке.

- Это ничего не доказывает, - запротестовал Мак-Кой, - ты же не думаешь...

- Что я думаю, - неважно. Мы здесь гости! Член моей команды под подозрением!

- Но ты же не бросишь его волкам не съедение? - закричал Мак-Кой.

- У меня дипломатические обязательства, Боунс. Это случилось в зоне аргелианской юрисдикции. Если они хотят арестовать Скотти, отдать его под суд и даже обвинить, я обязан помогать им. - Он остановился. - Кроме того, ничего не помнить...

- Джим, он только-только оправляется от очень серьезного удара. Частичная амнезия в таких случаях не только возможна, но очень вероятна. Особенно при условии тяжелого стресса.

- Это дело не в моих руках, Боунс. Мы сделаем все, что сможем, только в рамках аргелианских законов. Хенгист здесь главный.

Полный человек положил нож обратно на стол.

- Не слишком многообещающе, капитан Кирк. Ваш человек настаивает на том, что ничего не помнит. Но данные моей экспертизы показывают его отпечатки пальцев на орудии.

- Мистер Хенгист, - сказал Кирк, - были и другие люди, которые покинули кафе в то же время, что и мистер Скотти с девушкой.

- То же мне сказала и прислуга. Эти люди будут найдены и допрошены. Но будущее вашего друга представляется весьма мрачным. Я горжусь тем, что хорошо делаю свое дело. Это преступление будет раскрыто и его виновник наказан!

- А что говорит закон в этих случаях, мистер Хенгист?

Послышался глубокий голос:

- Закон Аргелиуса, сэр, - любовь.

Кирк повернулся. В кафе вошел высокий седовласый солидный мужчина. С ним была женщина, почти такая же высокая. Стройная, элегантная, с волосами, тронутыми сединой на висках, она держалась с необыкновенным достоинством. Хенгист глубоко поклонился им обоим.