Вечер для Андрея был безнадежно испорчен.

Панну они провожали вдвоем с Щербаковым. Она шла между ними и молчала. Щербаков как ни в чем не бывало шутил, смеялся.

"Вот выдержка", - подумал Суровягин. Они подошли к особняку Лобачевых.

- Спокойной ночи, мальчики, - сказала Панна и подняла руку.

- Спокойной ночи, - ответили Суровягин и Щербаков и молча направились в центр города.

Был поздний час. Навстречу попадались редкие прохожие. Улица казалась пустынной и неуютной. Поднялся ветер. Тонко звенели телефонные провода.

- Хорошая девушка - Панна, - просто сказал Щербаков.

Суровягин ничего не ответил.

- Скажите, война будет? - неожиданно спросил Щербаков.

Суровягин до того удивился, что даже остановился.

- Какая война?

Щербаков объяснил:

- Кажется, Чехов говорил: если на стене висит ружье, то оно обязательно выстрелит. Теперь над планетой повесили не ружье, а атомную бомбу. Черт знает что! Я бы всех генералов Пентагона в сумасшедший дом посадил.

Щербаков все больше удивлял Суровягина: что за парень?

- Почему вы заговорили об этом?

Щербаков сделал широкий жест рукой и страстно сказал:

- Хотя бы потому, что я люблю вот эту прохладную апрельскую ночь и все вокруг. И никто не заставит разлюбить. Никто...

Они поравнялись с рестораном "Аквариум". Там еще играл джаз. Щербаков остановился.

- Зайдем? - и кивнул на ярко освещенные окна ресторана.

- Нет, - покачал головой Суровягин.

- Жаль. Ну, простите, - сказал Щербаков. - Я сегодня малость не в себе. Находит иногда. Спокойной ночи.

О своей встрече и разговоре с Щербаковым Суровягин рассказал полковнику.

- Так что же вы думаете о Щербакове? - спросил Еремин. Почему же вы не узнали, кто подарил ему каланий мех?

- Мне показалось крайне неудобным заводить об этом разговор на вечеринке.