— Оса? — голос Шейлы дрогнул.

Дз-з-зинь!

Что-то мелькнуло в воздухе и звякнуло о паркет. Нож вывалился из салфетки.

Блямс!

Бокал выпал из рук Линды Рамирес, грянувшись об пол и расплескав осколки.

Бряк!

Поверх всего вышеописанного рухнула Шейла Берман. Она была в глубоком обмороке.

* * *

— Это контракт, — граф положил перед девушкой плотный лист непривычного формата, на треть исписанный каллиграфическим почерком. — Прочитайте. Если вас устроит, подпишите, и покупка состоится.

"Пункт первый: никому не показывать. Пункт второй: ежедневно поливать подкисленной водой комнатной температуры. Пункт третий: срывая цветки, всегда оставлять на растении хотя бы один".

— Меня устраивает, — кивнула Шейла. — Правда, я думала, орхидеи гораздо ярче. Но эта скромница очаровательна. Три маленьких цветочка, но такие изысканные и нежные! И пахнет очень… необычно.

Граф ничего не ответил, только улыбнулся, расстилая на столе оберточную бумагу. Плоский вазон с растением был аккуратно запакован, перевязан нарядной ленточкой и с поклоном вручен новой хозяйке.

— Сюда, мисс Берман. Рад был угодить вам.

Граф придержал перед девушкой дверь. Шейла процокала по коридору в холл, где в компании тетсу, Криса и непочатой чашки чая ее дожидался шофер, он же охранник.

— Всего хорошего, граф! — Шейла сделала ручкой, и тут же легонько хлопнула себя по лбу. — Ах, чуть не забыла! Тетя приглашает вас в семь вечера на открытие выставки "Темные начала" в ее галерее. Новая коллекция, которую она два года собирала, ти-ви, банкет, все такое. Вас ждут четыре зала умопомрачительной мазни и минут сорок пространных речей о современном искусстве, потом можно будет свалить в буфет. Если скажетесь больным или занятым, я пойму и скормлю тёте эту пилюлю так, что она не обидится.

— Благодарю, мисс Берман. Передайте миссис Рамирес, я обязательно приду.