Не надо, — ласково прошептала она. Её голос стал нежным, как пение сирены. — Не надо, не бойся. Я не причиню тебе вреда. Я никому никогда не причиняла вреда.

Но он уже справился с собой и вырвался, точно его окольцевала кобра.

— Я не боюсь! — закричал он, брызгая слюной. — Моя вера крепка. Тебе меня не искусить! Изыди! Именем Господа приказываю тебе — изыди!

Она стояла, не шевелясь, точь-в-точь как белые статуи в церкви. Он рухнул на пол, содрогаясь.

— Я не могу, — прошептал он, царапая камни ногтями, — Я совсем один…

— Ты один? — она подошла и положила холодную невесомую руку ему на плечо. — Совсем один?

Он оглянулся затравленно.

— Да, — пробормотал он еле слышно. — Я не думал, что это так тяжело. А ведь прошло только два года…

— Что ж, — Анабель устремила зелёное пламя глаз в темноту. — Ты один, и тебе нужен хоть кто-то. Это очевидно. И я… — По её лицу пробежали багровые блики. — И ты… ты тоже мне нужен. Теперь я точно знаю. Ты мне нужен.

-

* * *

Замок встретил её гробовым молчанием. Но, закрыв на секунду глаза, она, как всегда, ощутила их всех. Спящих и колдующих, холодных, как кладбищенские камни и горячих, точно огонь в чреве земли. Ей казалось, что каждый из них наблюдает за ней, слушает стук её сердца, застрявшего где-то в горле, и смеётся, упиваясь собственной силой.

Куда идти? К себе? В старую башню, раскачанную всеми ветрами? Но мысль о том, чтобы вновь остаться одной, показалась ей нестерпимой. И, в то же самое время… увидеть кого-то из них было бы, наверное, не меньшей мукой.

Но она не успела сделать выбор. Ступая в никуда, путаясь в собственных мыслях, как в липкой паутине, она увидела вдруг Ульрику.

Ульрика стояла, бледная и томная, точно те изваяния в церкви. Анабель замерла и посмотрела на неё, невольно проникаясь её странной, мерцающей неясно красотой. Не зовущий мрак глубокой бархатной ночи, не пьянящее сияние солнечного дня. Красота Ульрики была словно пасмурный серый день — неприветливый, тусклый и всё же влекущий. Её волосы мягко струились прозрачным дождём, глаза горели, как болотные огни. Туман, вода — вот чем была Ульрика. Но эта вода таила угрозу. Холодный безжалостный омут.