– Пейдж! – донесся из-за двери голос Коуэна. – Ты уже нашла нужные материалы?
Она не ответила. Просто не могла. Потому что в списке похорон, назначенных на сегодня, ей попалось знакомое имя.
– Ох… – произнесла Пейдж, тяжко вздохнув.
Она задумчиво подошла к столу и взяла свой пиджак, висевший на спинке стула. Оделась, подхватила сумочку и устремилась к выходу. Но тут дорогу ей заступил Коуэн.
– Ты меня слышала? – спросил он.
– Извините, – ответила Пейдж с отсутствующим видом. – Все бумаги лежат на принтере. А мне нужно идти.
Она обошла начальника, и тот крикнул ей вслед:
– Что значит – идти? Куда это идти?
Она не могла объяснить. Просто пожала плечами и быстро вышла в коридор.
– Пейдж! – раздался за спиной сердитый голос Коуэна. – Пейдж!
Но она даже не обернулась. И только на полпути к своей машине поняла, что сжимает в руках газетный лист, на котором было написано: «Похороны Прюденс Холлиуэл состоятся сегодня на мемориальном кладбище в 11.00».
Глава 2
Фиби Холлиуэл ощущала, будто ее куда-то несет. Но это чувство совсем не вызывало того возбуждения, которое возникало, когда она пользовалась своей способностью к левитации. Ей даже не было забавно. Фиби как будто плыла сквозь легкий туман. Или сквозь тоску? Нет, ее скорее охватила не тоска, а неверие в происходящее.
Она спустилась по деревянной лестнице, ожидая увидеть там Прю, растянувшуюся в своем любимом шезлонге из конского волоса. Это была одна из многих антикварных вещей, заполнявших дом, несмотря на то, что сестры шли в ногу с веком. Пайпер, например, содержала самый модный в городе ночной клуб, поэтому ее гардероб был заполнен самыми наимоднейшими нарядами.
Но в доме царила та же атмосфера, как и тогда, когда умерла их бабушка, оставив особняк в их полное распоряжение. Фиби предложила кое-что переделать, отчего старшая сестра пришла в ужас. Сейчас Фиби вздрогнула, вспомнив, что именно Прю больше всех заботилась об их наследстве. Весь дом держался лишь на ней.