Приоткрыв старенькую деревянную дверь, чуть скрипнувшую петлями, но, не так громко, чтобы обнаружить незваного гостя, Стренус скользнул вовнутрь. Он был готов увидеть что-нибудь странное или необъяснимое, но представшая перед его глазами картина не поддавалась никаким описаниям. Спальня, задернутые шторы, большая постель, а возле нее подобие того же стола, на котором весь день пролежал Стренус, но, стоящего вертикально. И на этой конструкции, здоровенный волк пытается разорвать стянувшие лапы ремни. На пасти его, что по размерам была со Стренусову голову, был натянут тугой намордник. Потому и звуки от верта исходили слабые и приглушенные. А, сними намордник, весь город бы переполошил, точно. К не меньшему удивлению своему, Стренус почувствовал в руке какую-то тяжесть. Он опустил глаза и увидел, что держит большой арбалет с мощной костяной рукоятью и какими-то символами, выгравированными на ней. Символы сияли во мраке комнаты, переливаясь неземным синеватым светом. Откуда он взялся?

 - Стой, где стоишь! – послышался за спиной голос Хереса, - Даже не думай стрелять!

 - Опять двинешь по голове? – с горестной ноткой иронии спросил Стренус.

 - Не в этот раз, - вздохнул старик, - Просто, не подходи ближе к этому верту и, прошу, не причиняй ему вреда.

 - Почему? – Стренус медленно повернулся в сторону, откуда, по его мнению, доносился голос старика. Херес стоял в углу комнаты, вооруженный крестом в одной руке и небольшим топором со стальной рукоятью в другой, - Где Мелисса?

 - Она здесь, - с неизмеримой тоской произнес старик, - Вон она, - он кивнул в сторону бьющегося с пеной у рта зверя, - Моя доченька.

 - Мелисса, верт? – удивился Стренус.

 - Не называй ее так! Это проклятье не делает ее зверем! Она никогда не пробовала человеческой крови!

 - Но, как получилось, что она стала вер… - Стренус запнулся, поймав взгляд старика, - Кто обрек ее на это проклятье?