— Это не лечится. Можно подумать, ты не знаешь!

Ага. Родился вчера, а то и в другой колонии. Камиллу как раз чуть за тридцать… пара лет и все. Крематорий в нижней части города работает исправно, хоть и выкрашен не так радужно, как остальные здания.

— Не знаю, — Натанэль приблизился. На кончиках пальцев искристо поблескивала мазь, но он не решался нанести ее на язвы Камилла. — Честное слово.

Что за вранье?

Камилл вытаращился:

— Чего-о?

— Я десять лет жил… с другими. Ну, они как мутанты или что-то вроде того.

— С выкидышами?! — Камилл хрипло рассмеялся. Эхо откинуло смех к одной стене, затем к другой, создало стереоэффект.

— Ну… вроде вы так их называете. Камилл, — Натанэль обратился по имени, и техник вздрогнул. Когда он называл себя? Или называла госпожа, а элитник запомнил? Да что ж твориться в мире… Альтаир-то раза с пятого соображает как зовут 'приятеля'! — Камилл, я не лгу, зачем мне?

Действительно. Зачем. А еще, зачем элитнику тратить время на полугнилого техника?

— Все равно. Выкидыши жрут человеческую плоть. Ты что же, невкусный? Ха! — Камилл смеялся, но одним ртом. Светло-голубые его глаза уставились в ореховые; Камилл полагал, что разбирается в людях.

И доверял… непонятно почему, но доверял Натанэлю.

— Меня украли контрабандисты из инкубатора. Их поймали и расстреляли, но я сбежал. Мне было четыре года, и я не знал, кто из всех этих людей желает мне добра, а кто зла, — Натанэль рассказывал спокойно, словно вслух читал букварь. — Я попал к мутантам… наверное, они не были голодны. Не знаю. Я стал членом стаи, хотя не мог сравниться по силе и ловкости. Меня нашли чистильщики, они вырезали всю стаю, кроме вожака. А меня забрали в лаборатории. Сначала тоже хотели убить, думали, что я заразный… Помиловали, как видишь.

Натанэль пожал плечами. Облокотился на лакированный бок мувера и обращался будто к самому себе; речь его была отрывиста и местами невнятна.