— «Ты как там, держишься?» — спросил меня Равлис, — «мы тут Лана пока почти вытащили, сейчас тебя будем вытаскивать».

— «Держусь, доспехи защитили, но силы откачал столько, что и лопнуть могу», — пожаловался я. — «Но что самое паршивое — душу выкачал в оружие».

— «Ну ты даешь!!!» — передалось через ментальную связь неподдельное изумление Бахута. — «Только не отзывай оружие, а то не хватало умереть от такой глупости, как вырвавшаяся душа, сразу после победы над столь сильным противником!».

— «За кого ты меня принимаешь!?» — возмутился я от его предположения, — «я не страдаю наклонностями к самоубийству, да и с головой у меня все нормально».

— «Ну-ну, не надо так возмущаться», — принялся успокаивать меня второй близнец, — «он всего лишь шутит, можешь привыкать, он со всеми так».

— «Ладно, лучше скажите мне, как там битва продвигается», — попросил я, — «а то лежу тут и ничего не знаю».

— «Битва продвигается неплохо, всех, кроме вожака, уже добивают», — сообщил мне Лан, — «а вот его никак не получается, слишком он сильный, оружие почти не действует, а на заклинания он чхать хотел, уже больше десятка архангелов прикончил и даже начало умудрился прикончить. А еще эта тварь плюется какой-то гадостью, проедающей доспехи на раз, поэтому никто близко не подходит, бросаются издалека заклинаниями и ждут, пока Высшие прах смерти сварганят».

Ничего себе, прах смерти — чрезвычайно мощное заклинание из арсенала некромантов, все живое или условно живое при прикосновении к этому праху рассыпается в пыль. Уж этим-то можно развоплотить какого-нибудь мелкого божка, не говоря уж о этой твари — наверное Высшие решили действовать наверняка.

Пока я разговаривал с напарниками, туша, лежащая на мне, содрогалась от ударов и немного сдвигалась в сторону, пока, наконец, не откатилась. С удовольствием встав с земли, я расправил смявшиеся крылья, больше похожие на серые тряпки, до того они запачкались в черной крови да земле и огляделся. Чтобы добраться до меня, Лан и компания отрубили нижнюю часть туловища монстра и только после этого смогли хоть как-то перекатить набок верхнюю, под которой лежал я, используя воткнутые копья как рычаги. Все это не добавляло чистоты, и сейчас они были такие же грязные, как и я, впрочем, а вокруг растекалось небольшое озерцо крови.