Отца она боялась, а брата — уважала и любила. Кроме того, в Провале не было принято, чтоб женщина спорила с мужчиной. Принцесса со вздохом кивнула и еще раз с отвращением взглянула в зеркало. Брат повернул ее к себе, поправил складки одежды, снял поясок и надел ей на шею тонкую витую цепочку, которую отыскал в шкатулке на столе. Моргана не спорила. В глубине души она надеялась, что, может быть, усилия брата помогут ей стать хоть чуть-чуть привлекательнее.

Но подумала об этом лишь мельком, ибо сама не верила в успех. Ее настроение улучшилось оттого, что брат все же заглянул к ней.

— Я думала, ты не спустишься к ужину, — улыбаясь, сказала она. — Ведь ты только что прибыл.

— Верно, — подтвердил он. — Я даже не успел переодеться. Слуги еще не распаковали вещи. Но отец велел; кроме того, я не хотел оставлять тебя одну. Когда гости перепьются, они перестанут вести себя вежливо. Могут начать насмехаться.

— Ну и как там, в Академии? — полюбопытствовала Моргана.Руин равнодушно пожал плечами.

— Так же, как и в двух остальных. Если отцу так уж невмоготу было видеть меня во дворце, он мог бы всякий раз отсылать меня в одну и ту же Академию, а не в разные.

— Скажешь, везде одно и то же?

— Конечно, родная. Магию везде преподают одинаково. Даже если это разные учебные заведения.

— Но что же тогда ты делал там три года? — фыркнула она.

— Учился. — Руин ответил ей улыбкой. — Учиться магии можно вечно. — Он прислушался. — Идем. Пора.

Девушка вздохнула.

Дворец провальского властителя был так велик, что в его переходах, залах, анфиладах легко можно было заблудиться. Он представлял собой целый комплекс зданий, построенных в разное время, в разном стиле, разного размера и для совершенно разных нужд. Никто не заботился о том, чтоб привести все эти разномастные постройки к какому-нибудь единому знаменателю — лишь своевременно ремонтировали и подкрашивали то там, то здесь. Большая часть дворца была даже не отделана — голый, не скрытый деревянными панелями или гобеленами грубо обтесанный камень.