— Но мы все не вечны, что особенно заметно при исполнении ответственных заданий, — попробовал спорить Майков, хотя чувствовал себя неуютно. — А если с вами что-нибудь случится?

— Тогда командуешь ты как старший по званию; все возвращаетесь на точку высадки, оттуда вас забирает вертушка.

Ясно. Всё чисто человеческое, сомнения, нытье, смятение сердца и томление духа — Лялину чуждо.

Командир опять решил пропустить дневное время, и уж потом активничать. Майков протиснулся в щель меж двух известковых глыб, сжевал шоколадный батончик, начал мечтать о жарких девушках и холодном пиве, как вдруг на него уставился капитан Лялин. Смотрит своими ненормальными гляделками, то ли расфокусировано, то ли насквозь, и молчит. Наконец командир прервал затянувшуюся паузу:

— Ты со мной за этой штукой пойдешь — на тебя звезды указали, ха-ха.

— А кто же, как не я, срочники что ли?

И блин, что это за штука разыскивается такая? Времена нынче лихие, многим начальникам не до государственных задач; может, произволением какого-нибудь паркетного генерала ищет ответственный Лялин безделушку типа вазы китайского фарфора.

Когда от солнца остался только нежно-светящийся призрак возле какого-то утеса, Лялин легким птичьим посвистом подозвал всех и начал повторять то, что уже растолковал каждому в течение дня.

— Косарев и Жмайло спустятся вон по той тропе, далее вдоль обрыва прошмыгнут к двухэтажному дому рядом с чинарой и спрячутся за сараем, более никуда… Мухаметшин и Кальнишевский доберутся до противоселевой стенки на повороте дороги и заминируют ее… После всего мы будем отходить по дренажной канаве, что тянется левее дороги. Если начнется пальба, Косарев и Жмайло работают по огневым точкам противника. Когда я дам отбой по радиосвязи, отваливают в кустарник, начинающийся у северной окраины станицы. Это колючий боярышник, так что задницу не оголять. Мухаметшин и Кальнишевский сидят тихо, а по команде взрывают стенку, потом прикрывают отход остальных. Встречаемся через час возле обвалившегося мостика — все его видели? На карте он тоже есть… Жмайло, закрой рот, работай носом… Василий, тронулись.